Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Модератор: Конкурсный бот

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №80
Спойлер: комментарий от автора ПОКАЗАТЬ
Не хотелось писать заурядно и "по стандарту", где только лишь смерти, да насилие. Этот рассказ с элементами юмора, дабы показать, что хоррор может быть не только сплошь негативным :D Приятного чтения, господа!
Тайна Старого коллектора.


Что может быть прекраснее прогулки по главной площади Восточного Джото в два часа ночи? Марк, щурясь от яркого света фонарей, тащился в ближайший круглосуточный супермаркет для покупки покеболов. Странное желание, но уж очень пареньку хотелось засунуть в покебол надоедливого Чатота, вопившего каждую ночь в окно. Странно, но несколько фонарей вдруг перестали работать, а дальний начал интенсивно мигать, издавая при этом противный звук. Воздух стал тяжёлым, запахло чем-то гнилым. “Классика жанра, но не страшно”, - подумал Марк, усмехнувшись, прежде чем промелькнувшая тень в мгновение ока оказалась у него за спиной. Удивление и горячее дыхание в затылок - вот что успел почувствовать парень, перед тем как лишился головы.
***

Молодой подающий надежды журналист отправился на поиски разгадки серии таинственных убийств в Восточной части Джото. Кайл Бэнкс собственной персоной. Юнец, несмотря на свою неопытность, подошёл к делу со всей серьезностью, на которую был способен: опросил местных жителей, обошёл все “злачные” места, но ни на йоту не приблизился к разгадке страшной тайны. Расследование зашло в тупик, а местная полиция только разводила руками. Но тут какой-то мальчик рассказал довольно-таки странную историю. Полиция не обратила на рассказ особого внимания. А вот Кайл решил всё проверить лично.

Так что же такого было в этой истории?
“Я гулял со своим Гроули возле выхода из Старого коллектора. Было уже довольно поздно - на небе светила яркая луна. Никогда ещё мы так поздно не выходили на прогулку. Вдруг мой покемон навострил уши и пронзительно заверещал. Да-да, именно заверещал, никак по-другому я этот звук не могу описать, до сих пор мне снится эта сцена… Гроули сорвался с поводка и рванул в сторону дома. Знаете, я и сам хотел сделать то же самое, но как будто какая-то невидимая сила притягивала меня заглянуть в коллектор! Я ничего не смог с собой поделать! Прислушиваясь к малейшему шороху, я начал пробираться к коллектору. В конце концов, Гроули секундой ранее неотрывно смотрел именно туда, прежде чем пустился наутёк! Ближе и ближе, ближе и ближе. Подойдя почти вплотную, я почувствовал, словно мир вокруг застыл, стал каким-то … тягучим, как будто замороженным… Было так тихо вокруг, не колыхалось ни листочка на деревьях! И тут я действительно пожалел, что вообще так поздно вышел из дома. В коллекторе, где-то совсем вдалеке, слышался то ли хруст, то ли звук ударов… А еще дыхание. Сбитое, рваное, хриплое. И… чавканье. Противное, громкое, будто я стою рядом. Было такое ощущение, что кто-то что-то быстро ел и давился… Я дёрнулся с места и полностью повторил маршрут моего покемона. Удивительно, но погони не было, хоть и оглядываться мне было слишком страшно. А на следующий день я узнал о пропаже Мари… моей одноклассницы... ”. На этом показания прерывались, лишь сухое “С моих слов записано верно, мною прочитано, дополнений не имею” с кривоватой подписью завершало протокол.
***

Вечер. Коллектор. Туман.
“Чем дальше, тем хуже”, - подумал Кайл, прежде чем наступил в какую-то склизкую субстанцию. Да и фонарик почему-то стал барахлить, может быть, стоило заменить батарейки? Уже не сильно разбирая дороги, журналист начал осознавать, что зря потерял время, гоняясь за несуществующими преступниками. Канализационные стоки издавали зловония, а темнота помутняла разум. Теперь парень и вовсе почти на ощупь передвигался по длинному тоннелю к предполагаемому выходу. Лишь бы скорее покончить со всем этим! Хлюп. Хлюп. Хлюп. Хрст. Бэнкс, кажется, вышел на какую-то площадку. Под ногами что-то неприятно хрустело. Откуда-то слева повеяло неестественным холодом, да так, что у любого бы волосы встали дыбом. Кайл остановился и прислушался. Фонарик более не подавал признаков жизни, но глаза стали понемногу привыкать к темноте. Вдруг сзади раздалось возмущенное шипение. Парень разом обернулся и практически врезался в два огромных горящих желтых глаза с вертикальными зрачками, пристально смотрящих на него, не мигая. Казалось, существо смотрело ему прямо в душу. Эканс, а это был именно он, отшвырнул неприятную для себя преграду к стене мощным ударом хвоста и стремительно уполз прочь. Кажется, он чего-то сильно испугался.

Темнота и спёртый воздух стали буквально давить на мозги. Что за чертовщина здесь творится?!
Откуда ни возьмись появилась девушка. Красивая, но почему-то она вся светилась, словно искупалась в фосфоре. Странно. Девушка легкой походкой словно поплыла к уставившемуся во все глаза на неё парню. Что-то помутилось в голове Кайла. Всё его нутро кричало об опасности, но журналист попросту не мог сдвинуться с места. Девушка всё приближалась, воздух резко завибрировал и стал тяжёлым, тягучим, сбоку появились странные тени, а где-то вдалеке послышался жуткий, пробирающий до костей вой. Чем ближе приближалась девушка, тем безобразнее становилось её лицо: щеки впали, на лбу и подбородке появились рваные раны, нос отвалился, а глазные яблоки, судя по глухому стуку, упали куда-то вниз. Видение ли это?! Неимоверным усилием Бэнкс сорвал с шеи цепочку с люксболом и буквально швырнул его перед собой.
ЧАРИЗАРД, ИНФЕРНО!!!, - что есть мочи завопил напуганный парень и рухнул на колени.
Коллектор озарила яркая вспышка, разогнав темноту, а быстрый и мощный поток огня выжег всё на своём пути. Проход, кажется, был очищен. По крайней мере, этой фосфорной фурии нигде не было видно. Весь пол был усеян человеческими костями, поэтому дальнейший путь сопровождался неприятным хрустом.
***

Кайл никак не мог сложить все кусочки этой мозаики в единое целое. В коллекторе явно обитает какая-то нечисть… Неужели эти чудовища и есть причина всех недавних убийств? И что было бы с ним, с Кайлом, если бы не верный Чаризард?! Срочно необходимо переговорить с жителями Оливина и окрестных деревень, ведь именно в этом месте он ещё не был. Все его поиски ограничивались Голденродом. Бэнкс посетил все дома Старого района, Оливина (благо городок был не таким уж и большим), кроме дома ветерана, разве что, так как того не оказалось на месте. Ничего. Ни-че-го. Ни единой зацепки. Такое чувство, что либо преступник уничтожил все улики, либо просто не оставлял их. Зато Кайл познакомился со Стефани. Прекрасная девушка! Он увидел её, когда та играла с детьми, и сразу потерял голову от нахлынувших чувств. Она посоветовала не влезать в дело таинственных убийств и уехать домой, но журналист был непреклонен. Тогда девушка рассказала ему, что ветеран, пожалуй, самый мудрый из жителей, все ходят к нему за советами. Этот человек пережил много, видел много и знает также много. Стефани пообещала отвести Бэнкса к старику на днях. Тем более что за три дня не было ни одного странного явления в городах, ни одного нападения. С одной стороны, это радовало, с другой – пугало, вопросов становилось всё больше. Убийца затаился и выжидает? Чего? Пока Кайл уедет? Вряд ли. Здесь всё очень запутанно…
***

Дом старого ветерана. Глубокий вечер.
Кайл с удовольствием потягивал горячий шоколад, при этом кочергой вороша уже почти догоревшие поленья в камине. Изредка бросая взгляды на Стефани, парень внимательно слушал ветерана. Вид у старика был довольно угрюмый. Казалось, что жизнь потрепала этого человека максимально сильно. Ветеран словно бы чего-то ждал, периодически поглядывая в окно, но почти не прерывал свой рассказ.

- У жителей существует легенда, что прекрасная дева заманивает своих жертв, а некий дух расправляется с ними, - проговорил ветеран.
- Звучит захватывающе, но мне кажется, что это всего лишь какой-то маньяк, убивающий под покровом ночи, - пожав плечами, отреагировал Кайл.
-Это не убийство, а месть, - поморщился ветеран, - когда-то жители Старого района очень жестоко расправились с семьёй одного ... существа. Бедолага нашёл себе союзницу, а вместе они стали непобедимыми! Они отомстили за смерть и страдания. Око за око, зуб за зуб! - жёстко ответил ветеран, глаза его на мгновение стали безумными.
Стефани в этот момент как-то странно дёрнулась. Майтена, до этого спавшая в углу, переместилась к двери и легла напротив неё. Бэнксу стало не по себе. Он было потянулся к шее, но не нащупал люксбол на цепочке. Видимо, он оставил бол с Чаризардом дома. Тем временем ветеран стал быстро шагать взад-вперёд, словно загнанный в клетку дикий зверь.
-Они глупцы! Недооценили маленького ребёнка. Но он вырос и теперь способен держать удар. Он отомстит, всем отомстит за искалеченную судьбу! - распалялся старик.
- Знаете, я так не отчитался перед начальством, они наверняка сейчас меня ищут, так что надо сообщить им, что со мной всё в порядке, ведь уже так поздно… - неуверенно проговорил Кайл и мысленно приготовился рвануть к двери. Майтена, словно бы почувствовав это, рывком встала на лапы и перегородила путь. Послышался зловещий, даже немного истеричный хохот. Женский… Сзади. Кайл с испугом крутанулся на месте и во все глаза уставился на Стефани. Она смеялась. Громко, холодно, до каких-то булькающих звуков. Её голос сильно исказился и больше не был похож на голос лесной нимфы. Она начала светиться… Со стороны ветерана тоже послышался шум, Бэнкс дёрнулся к противоположной стене и прижался к ней, так хоть не нападут со спины!
- Ты никуда не пойдёшь, Кайл, уж больно ты много разнюхал. Стефани ведь предупреждала тебя, что нужно уехать, но ты сам выбрал свою участь! - ветеран посмотрел на показавшийся яркий лунный диск, висящий на небе, и начал трансформироваться.

С жутким не то клокотанием, не то кашлем ветеран упал на четвереньки. Невидимая сила вдавила Кайла в стену, он не мог и пальцем пошевелить, только лишь с ужасом наблюдал за превращением. Старик уже с ног до головы был покрыт жёсткой шерстью, изо рта показались острые как бритва клыки, а выросший пушистый хвост никак не вязался с образом мерзкого чудища. Зверь встал в полный рост, облизнулся и хищно посмотрел на замершего молодого человека. Бэнкс сразу всё понял: Стефани заманивала людей, а ветеран в образе оборотня расправлялся с ними. По одиночке они тоже не брезговали охотиться. Оскал Майтены и её капающая на пол слюна тоже не способствовали позитивному настрою. Какая ирония вот так погибнуть, только узнав всю правду. Когда челюсти оборотня почти сомкнулись на шее Кайла, дверь сорвало с петель мощнейшим потоком пламени, задев при это Майтену и впечатав её в стену. Раздался оглушительный рёв и в дом ворвался Чаризард. Как он вышел из люксбола?! Последнее, что запомнил Кайл, прежде чем потерять сознание, - ветеран набросился на Чаризарда, пока тот боролся со Стафани. Когда очнулся, то на месте уже работала полиция и мед бригада - Чаризарду здорово досталось: сломано крыло и глубокие борозды от когтей на животе. Но знойная парочка уже никому не сможет причинить вреда, судя по двум обгоревшим телам...

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №81

Все знают, какой должна быть хэллоуинская ночь: яркая, эффектная и, что самое главное, страшная. Украшенные скелетами и тыквами дома, пугающие аттракционы, дети, выпрашивающие сладости – все эти вещи описывают один из главных праздников осени, который, определенно, является еще и самым веселым. Огромное количество детишек в канун дня всех святых переодеваются в устрашающие костюмы, ходят по домам, выпрашивая конфеты, но большинство взрослых не находят ничего веселого, будто сами забывают, что в детстве так же баловались. Взрослые же зачастую находят подготовку к празднику более интересной, и максимум того, чем забавляются – гадают на спиритических досках. Обычно духом празднества пропитаны все дома, даже старики считают своей обязанностью закупить конфет для «попрошаек», приготовить ужин и позвать гостей, а вечером любоваться фейверком на улице. Детишки же, особенно того возраста, когда авантюризм начинает выливаться через край и приключений на пятую точку катастрофически не хватает, собираются вместе, обсуждая костюмы и рассказывая страшилки.
В одной из таких детских компаний начинается повествование: ничем не примечательная компания ребят, которые уже вроде и не малы, но до взрослости как семь верст до небес (и все лесом). Пока родители в суматохе обсуждают распорядок на весь вечер, детям ничего и не остается, как убивать время сидя на чердаке и рассказывая друг другу страшилки, которые придумывают словно на ходу. В таких компаниях обычно всегда находятся тот, кого постоянно передергивает от любого шума и тот, кто запугивает самого пугливого до полусмерти. Не обошлось и в нашем случае:
«Вилли!» - время от времени с ноткой злости одергивала задиру рядом сидящая девочка, украдкой с сочувствием поглядывая на девочку, которую до последнего пытались запугать.
«Что? Это просто выдуманная история и ничего такого. Никаких немыслимо страшных чудищ, живущих в темноте, не существует,» - с усмешкой ответил тот самый мальчуган, ногою пытаясь двинуть стул, на котором сидела ‘трусиха’, - «тем более, не моя вина, что она так близко к сердцу воспринимает все, что ей говорят».
Закончив фразу и внезапно обозлившись, он окинул взглядом тот запыленный чердак и всех, кто там находился, и в следующий миг, взяв на руки своего вульпикса, с которым он сидел, с гордым видом ушел. За ним последовало еще двое мальчишек, находившихся в их компании (это были те, которых шуточно называли «свитой» гордого и напыщенного Вилли). На чердаке и не осталось никого больше, кроме девочек, которые сразу решили пойти по домам, чтобы полностью подготовиться к вечеру. Те договорились в полночь, в сам канун дня всех святых, встретиться возле безлюдной дороги и после, не теряя времени, разошлись.
Вечером, когда гирлянды на домах стали загораться оранжевым светом на всех домах и дети в красивых, но в то же время устрашающих костюмах вместе со своими покемонами повыходили из домов после семейных застолий, Агата, та самая ‘трусиха’, нарядившись в костюм ведьмы, который был спланирован чуть ли не за полгода до самого праздника, пошла вместе со своим Умбреоном к так называемому месту встречи. Спустя час, она так и ходила туда-сюда возле места встречи, но никого, не считая пробегавших мимо компаний подростков, не было. Совсем озябнув от холода, Агата решила не задерживаться – все-таки такая ночь раз в году! После того, она стремительно пошла к домикам живущих поблизости людей выпрашивать конфеты, хотя в голове проскакивала мысль, что к этому времени сладости могли уже все разобрать. К счастью, конфеты еще оставались, Агате удалось вместе с ними получить пару-тройку комплиментов к костюму, но кроме как на дружелюбную улыбку от уха до уха и «спасибо» сил не оставалось, но и этого всем было достаточно.
Настроение начало подниматься с увеличением в корзинке конфет. Проходя от одного дома к другому, в ее крови все больше разыгрывался азарт, она уже не замечала, как обошла практически все дома. Весело и почти вприпрыжку она подошла до дома знакомой ей старушки – вот только дома ее не было уже месяца три в связи с ее отъездом, а внутри горел свет. В тот момент любопытство взяло верх над страхом, и она приоткрыла дверь, которая была не заперта.
Войдя вовнутрь, Умбреон помчался в угол комнаты к странной двери и уткнулся носом в щель между дверью и косяком. Агата осмотрела комнату, как бы ища что-то, что могло помочь ей определить, кто здесь был и что произошло, будто не замечая рвущегося к другой комнате покемона. После того, как в комнате не осталось ничего, что могла бы недоглядеть девочка, она подошла к той самой двери, у которой ждал ее Умбреон. Толкнув тяжелую дверь, перед ними открылся вид на достаточно большую лестницу, ведущую прямиком в подвал. Обменявшись взглядом с покемоном, она осторожно ступила на шаткую деревянную ступеньку, другой рукой опираясь на стену. Чем дальше она шла вниз, тем труднее становилось дышать, воздух будто тяжелел с каждой ступенькой ниже. На стенах отчетливо были видны следы от когтей и это пугало ‘трусиху’ еще больше, но она шла вниз дальше, хотя и не считала больше это хорошей идеей – был бы шанс вернуться в прошлое, она бы сюда, естественно, не пошла, но больше половины пути уже пройдено и возвращаться назад сейчас было бы также логично, как бросать дело в самом конце. Кратко бросая взгляд на идущего сзади Умбреона она заметила, что его кольца горят ярче (хотя, возможно, ей просто показалось это в темноте на фоне угасающего света из комнаты). Однако, это напомнило ей о страшилке, которую днем рассказывал Вилли, об ужасном чудище, живущем в темноте, но она сразу же откинула эту идею и, наконец дойдя до самого подвала, начала вглядываться в темноту и рассматривать то, что там было. Старые пыльные вещи были разбросаны по темному пространству, на полу и у стен лежали разные газеты, декорации к праздникам, потрепанная одежда и старая мебель. Огромный шкаф, стоящий посредине стены, манил к себе и открыв его, Агата впала в ступор – перед ней в шкафу было что-то, что она не могла разглядеть в темноте, но оно издавало непонятные звуки – не то рычание, не то храп. Испугавшись, она побежала к Умбреону, еще стоящему на лестнице, и за долю минуты преодолев расстояние от лестницы до гостиной, выбежала на улицу и постаралась поскорей добраться до дома.

Наутро после произошедшего, Агата решилась сходить к подруге, рассказать ей то, что она видела вчера в доме старушки в конце улицы и заодно разузнать, почему вчера она не явилась к ней на встречу. Придя к ней, дома подруги не оказалось и ей ничего не оставалось кроме как пойти к Вилли домой – все-таки, они были друзьями и она вероятнее всего могла пойти к нему. К счастью, его дом был всего в паре домов от ее, не пришлось много идти. Позвонив, дверь ей открыла та самая ее подруга, которую она искала. Вся в эмоциях, Агата начала рассказывать ей о том, что произошло с ней вчера, но услышав часть из того, что она рассказывала, мальчишки из другой комнаты начали смеяться, выкрикивая: «Мы говорили тебе, что она поведется, Мэл!», а сама подруга, опустив глаза, произнесла: «Прости…», но не успела она договорить, как Агата развернулась и с горечью думая, за что ей такие предательства, пошла прочь.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №82

Как-то раз поздней осенью друзья из соседней локации пригласи меня, с моим покемоном Кирли, к себе на Хеллоуин.
Хорошенько отдохнув, отлично поев и собрав сладкие конфеты со всех соседей, мы с Кирли двинули назад.
Было далеко за полночь, полная луна светила ярким, мертвенно-белым светом из за которого низко нависшие над дорогой косматые ветки, казалось были отлиты из серебра, местами потемневшего от времени.
По дороге нам вам встретился опрятный и очень приятный молодой человек. После долгого разговора, он предложил нам посетить Глухой Колючий лес, где уже давно тренеры и покемоны устроили вечеринку. Подумав над этим предложением, мы решили остаться и отправились в том направлении.
Добравшись до места назначения, мы увидели то, что там никого нет, только вдали виднелся старый и обвядший дом. Пройдя ещё пару шагов вглубь леса, я и Кирли стали смотреть по сторонам, в надежде увидеть хоть одно живое существо. Вдруг слева, между деревьями что-то промелькнуло, послышался птичий шум! У меня по спине пробежала дрожь.
Но мы всё равно решили посмотреть что, там такое происходит. Когда мы подошли к тому месту, откуда доносился шум и увидели, что там происходит, нам обоим сразу стало плохо. Два больших чёрных Хонтера ели чьё-то человеческое мёртвое тело, которое лежало возле ели, а над ними на ветках сидел Маркроу и каркал: «Еда!», «Еда!».
Мы подбежали и отогнали Хонтеров и ещё раз посмотрели на тело. Перед нами лежало распухшее нагое тело мужчины без глаз. Горло его было перегрызено и всё его тело было в разных местах покусано. Поверьте, это была жуткая картина.
После того как мы с моим другом немного отошли от увиденного, решили сообщить полиции. Объяснив, где приблизительно находимся, стали их ждать и отгонять от трупа птиц. Через часа четыре нас нашли и мы, дав показания, решили вернуться домой.
Вдруг неожиданно начался сильный ливень, и мы отправились в дом, который видели ещё в начале пути. Войдя внутрь, стали дожидаться того, когда кончится дождь. Но дождь ни как не прекращался, поэтому решили обследовать дом. Осмотрели почти все комнаты, но ни чего интересного не обнаружили. В одну комнату попасть не удалось, так как она была заперта; на ней висел амбарный замок. Поэтому Кирли воспользовалась своей силой, но её было не достаточно, тогда я вспомнил, что у меня в рюкзаке есть те самые конфеты, которые были собраны нами. А как всем известно, что если покемона откормить конфетами, то он станет сильнее и перейдёт на новую ступень эволюции. Кирли стала Гардевуаром. И проблема с дверью сразу исчезла. Когда мы вошли, то увидели единственное находившееся здесь существо – Мисмагиус. Она смеялась очень злобным смехом и летала по комнате, словно её ужалили. Неожиданно это существо направилось прямо в мою сторону. Я уже был готов попрощаться с жизнью, как вдруг за меня вступилась мой друг – покемон Гардевуар. Между ними разыгралась страшная битва, я помогал ей чем мог. В итоге победа оказалась за нами.
После этого ливень уже прекратился, и мы не раздумывая отправились домой. После этого мы намного меньше стали доверять незнакомым людям.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №83

Мой пустой желудок нежно проурчал и я, оставив Гроули в покецентре под пристальным контролем Сестры Джой, направился в бар.
В баре было многолюдно. Тренеры-профессионалы наперебой хвастались удачными боями, сидя за столиками в центре, а зелёные новички тихо и завистливо ютились у стенки.
Сегодня я не был настроен на беседы. Питательный ужин и хороший чай должны помочь отвлечься от постоянно урчащего желудка и направить все мои мысли на решение внезапно возникшей проблемы.
- Здравствуйте, Мэтью, - поприветствовал меня бармен, - как обычно?
Я угрюмо кивнул головой.
- Что-то случилось? – поинтересовался он.
- Что у него может случиться? – съехидничал Генри, обращаясь к бармену, - скорее всего опять проиграл Гиму без малейшего шанса на достойную борьбу.
Генри сидел рядом, за соседним столиком с чашкой чая и без труда слышал слова бармена, обращавшегося ко мне. Генри – очень талантливый тренер, он с лёгкостью завоёвывает значки у любого Гима в первом же бое и при удобном случае всячески пытается мне об этом напомнить. Мы с Генри когда-то вместе начинали тренировать покемонов, но наши пути разошлись, так как он был намного смышленее меня.
Я промолчал.
Меня заботило совсем другое. С моим Гроули что-то произошло. Что-то непонятное. Он всегда был послушным и покладистым покемоном, а вчера я предложил ему разучить новую атаку: «Разгрызание». При использовании новой атаки в тренировках глаза моего покемона наливались невероятной яростью. Нет, они не горели огнём и не становились чёрными, а будто наливались кровью. Гроули бросался на соперника так яростно, что у него не оставалось сил после атаки продолжать бой. Сначала я списал всё происходящее на неопытность покемона. Но сегодня всё стало только хуже. Из пасти Гроули при атаке начала разлетаться в стороны красноватая слизь. Я, было, вспомнил о недавнем разговоре с ним по поводу огненного камня и эволюции. Гроули не хотел эволюционировать.
- Так что же случилось, - продолжал насмехаться Генри, - может ты скормил водный камень Бульбозавру и тот эволюционировал в Бульбозарми? – раздался хохот.
К этому времени я допил свой чай и поспешно вышел из бара.
На улице уже стемнело. Не знаю почему, но меня охватило страшное волнение. И, чем ближе я был к покецентру, тем сильнее я волновался.
У покецентра меня встретила взволнованная офицер Дженни.
- Я вас туда не пущу, - сказала она, указывая на дверь покецентра.
В дверь кто-то стучал с обратной стороны.
- Там остался мой покемон. Я бы хотел забрать его, - как можно спокойнее пробормотал я.
Что-то громко ударилось в двери покецентра. Я услышал ужасный крик сестры Джой. Офицер Дженни опёрлась на дверь и крикнула мне:
- Помогите!
- Что здесь происходит? – спросил я.
Через окно из покецентра вылетела Ченси. Она грузно ударилась о землю и громко закричала. Из спины покемона торчали осколки стекла, а на боку виднелась огромная кровоточащая рана рваного типа.
Ченси была мертва.
Испуг охватил нас с офицером Дженни и мы сильнее навалились на дверь, в которую кто-то рьяно бился с другой стороны.
- Кто бы это ни был, нам нужно удержать его до прихода подмоги.
Я держал дверь из последних сил, ругая себя и переживая за бедного Гроули оставленного в трудную минуту. Я не знал где он и что с ним. Не допуская мысли о том, что он может быть мёртв. Мне не хотелось в это верить. Внезапно офицер Дженни отпустила двери. Одновременно с этим удары с обратной стороны прекратились. Кто-то сзади меня истошно завыл и я быстро обернулся. Перед нами стояла та самая Ченси с торчащими осколками стекла и разорванной раной. Она яростно смотрела в нашу сторону, её глаза были налиты кровью, а по всему телу выделялись тонкие бордовые вены. Ченси бросилась на нас в тот самый момент, когда кто-то с неимоверной силой толкнул двери. Я отлетел на несколько метров в сторону, а офицер Дженни столкнулась с обезумевшей Ченси.
Через открытые двери выбежала Сестра Джой. Она набросилась на офицера Дженни со спины и впилась зубами ей в горло. Всю шею и руки Сестры Джой «украшали» тонкие бордовые вены.
Я сильно испугался и застыл от страха. Кажется, прошла вечность прежде, чем я встал на ноги и заглянул в разбитое окно покецентра. Там было темно. Вдруг я заметил два красных огонька в темноте. Они немного увеличивались в размере. Я подошёл ближе. (Не понимая, что двигало мной в тот момент) Очнулся только после того, как на своём лице почувствовал чьё-то дыхание. Это была ужасная вонь. Меня пронзила боль. Невыносимая боль, которая, казалось, копилась веками где-то внутри и ждала момента, когда её освободят.
Я отбежал в сторону и увидел, что Ченси, Сестра Джой и Офицер Дженни были в толпе людей и покемонов прибежавших на крики.
Из окна покецентра выпрыгнул Вульпикс. Он намеревался укусить меня, но я выбросил покебол с Бульбозавром. Это отвлекло Вульпикса.
- Бульбозавр! Таран! – крикнул я
Но покемон отказывался атаковать. Он застыл в ужасе. Вульпикс без труда набросился на Бульбозавра и укусил его.
Я бросился бежать. По всей площади кричали люди и покемоны. Бардовые вены и налитые кровью глаза выдавали обезумевших, но в темноте, находясь в постоянно страхе, трудно было их определись, поэтому приходилось избегать всех.
Пробегая мимо бара, я натолкнулся на человека и мы оба упали.
- Что здесь происходит? – услышал я голос Генри.
- Бежим отсюда!
- Но…
Генри всё-таки послушался. Мы выбежали в Старый район, затем в лес.
В лесу было необычайно тихо. Я ещё никогда так не радовался тишине.
- Что там случилось? – спросил Генри, отдышавшись.
- Я не знаю, почему-то люди и покемоны начали нападать друг на друга. Кажется, всё началось в покецентре,- я рассказал Генри всё, что увидел.
- Нужно уезжать отсюда, - немного подумав, он начал рассуждать, - если это вирус, то… Нет. Летающие покемоны легко перенесут его и в Канто, и в Селен… Каким-то образом нужно остановить его распространение.
Генри посмотрел на меня:
- Может ты что-то упустил? Вспоминай! – в его голосе чувствовались гнев и безысходность.
В этот самый момент из лесной глуши я отчётливо увидел те самые два огонька, которые заметил ещё в покецентре. Они быстро приближались.
- Смотри, - я указал Генри в сторону огоньков.
Мы стояли на открытом для лунного света участке и нас легко было заметить издалека. Огоньки напоминали налитые кровью глаза. Ужасный запах ударил в нос. Но ни я, ни Генри не шелохнулись. Пронзительный вой разорвал повисшую тишину и из темноты на лунный свет к нам вышел мой Гроули. Всё его тело было покрыто тонкими бордовыми венами. Покемон злобно рычал.
Пока я, застывший от ужаса, наблюдал за происходящим, Генри просил покебол со Старми. Но, тщетно. Старми отказывалась атаковать.
- Это ведь твой покемон? – закричал Генри, - Твой?!
Я не обращал внимания.
Тогда Генри толкнул меня в спину в сторону Гроули, а сам побежал в глубь леса. Я почувствовал ужасную боль, когда челюсти моего покемона сомкнулись на моей шее. Эта боль была ужаснее, чем боль, которую я чувствовал на протяжении всей моей жизни, она была и режущей, и тянущей, и колющей одновременно. Такое ощущение, что она долгое время копилась взаперти, выжидая удобное время для своего выхода, она набирала силу, чтобы суметь уничтожить всё вокруг, когда представиться возможность. Потом наступила темнота.
Я перестал осознавать себя как нечто свободное. Я стал узником чьих-то желаний. Мной манипулировали и управляли. Мне приказывали. Я не принимал ни единого решения самостоятельно. Я мог только слепо повиноваться. Каждая попытка проявить инициативу наказывалась болью. Необычной болью безысходности и беспомощности.
- Ты чувствуешь, каково это? - прозвучал голос внутри меня, - Ты чувствуешь?
Я бежал по лесу. Впереди меня бежал Генри, но я легко его догнал.
- Атакуй этого человека! – снова прогремел голос и я повиновался.
Я схватил Генри руками и укусил его за шею.
- Молодец, - похвалил голос, - кажется, ты поранился. Идём в покецентр, там тебе поправят здоровье.
Только сейчас я заметил идущего рядом со мной Гроули. Именно его голос звучал в моей голове.
За мной шёл Генри и его Старми.
На площади Голденрода столпились многочисленные покемоны ведущие своих новых питомцев-людей в покецентр.
Мне всё стало понятно. От беспомощности где-то внутри меня накапливалась лютая боль и я знаю, что когда-нибудь, может быть совсем скоро, а может быть через много-много лет, она вырвется наружу и ничто не сможет её остановить.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №84

Прошло более 3 часов с тех пор, как ночь опустилась на Канто. Темнота поглотила абсолютно всё вокруг, и тысячи покемонов, словно загипнотизированные магией этой особенной ночи, мирно расположились в своих уютных жилищах. Неспокойно было в это время лишь в Велвудском лесу - богом забытом местечке, которое ни один уважающий себя картограф даже не подумает обозначить на своём товаре. О нём ходило великое множество легенд. Заплутавшие путники всегда обходили этот лес стороной, а редкие смельчаки, что осмеливались зайти в него в поисках новых ощущений, быстро оставляли дурную затею и выбегали оттуда с жуткими криками. Выбегали... либо оставались там навсегда.
Он шёл сквозь заросли колючего кустарника, не взирая на боль и многочисленные порезы. Горечь, обида и боль сжимали его сердце всё больше с каждой минуты. Как? Как это могло случиться? Он тренировался больше трех месяцев и проиграл свою первую ГИМ битву. Слабая команда подвела его. Ну и пусть! За свою слабость они будут вечно гнить в этом проклятом лесу.
Тёплые слёзы тонкой струйкой побежали по щекам Дункана, заставляя ныть свежие ранки. Три месяца тренировок Пурлоин под хвост. Далеко позади послышалось глухое уханье. Ноги Дункана подкосились от страха. Он боялся. Боялся до ужаса, настолько дикого, что даже вся его обида не смогла успокоить нервишки. Глаза не видят, уши слышат, но лишь то, что заставляет трястись еще сильнее, еще и пальцы чувствуют капельки крови, медленно стекавшие с лица, смешавшись с потом и слезами. "Прямо фильм ужасов", - промелькнуло в голове Дункана.
Ему оставалось совсем немного. Этот причал где-то рядом. Он чувствовал. Наконец!
Притупленные темнотой глаза Дункана ослепил яркий блеск. Это было огромное озеро, отражавшее блеск прекрасной луны, имевшей в эту ночь красноватый оттенок. Бабушка говорила, это дурной знак - сегодня прольётся много крови. Глупости... Единственное, что прольется этой ночью, так это реки радости за пойманного Флотцеля. Легендарного Флотцеля, живущего в этом озере. По преданию он обладает колоссальной силой - что еще нужно для будущих побед?
Привыкнув к свету Дункан начал потихоньку различать детали озера и наконец смог различить фигуру человека, сидевшего на причале. Стоит подойти к нему. Возможно, он чем-то да сможет помочь. Приблизившись, Дункан смог получше рассмотреть странного типа. Он сидел в жёлтом дождевике, в руках у него была удочка. Капюшон дождевика полностью скрывал лицо незнакомца, но и без этого было понятно, что тот задремал.
- Ты же пришёл за Флотцелем, верно? - внезапно раздалось из под желтого капюшона.
- Как вы, что...
- Понимаю: испугал... Но я хочу помочь тебе. Выслушай мою небольшую историю, и после этого я устрою тебе встречу с ним, - Дункану жутко не хотелось слушать старые байки заядлого рыбака, уж слишком он устал от дороги. Но гоняться за крепким Флотцелем посреди ночи в этом огромном озере... Пришлось кивнуть. - Дело было около ста лет назад в небольшой деревушки неподалеку отсюда. Селяне нашли на окраине леса маленького крошку Флотцеля. Они поили его, кормили, ухаживали, и было всё хорошо и замечательно. Но однажды всё изменилось. Они пришли с оружием и пытались убить кроху. Тот успел бежать. С раненной лапкой он бегал по темному лесу, видя перед собой лишь собственный воротник. Сотни тварей хватали его своими щупальцами, лапами. Малютка плакал, звал маму, которую не видел с самого рождения. Но никто не пришёл. Тьма окутала его, бежать было некуда. Судьба бедолаги была предрешена, - у Дункана перехватило дыхание. Ведь он тоже шёл по этому лесу. Вдруг в голове промелькнула мысль, заставившая его впасть в ступор. Кто станет рыбачить глубокой ночью у озера, окруженного непроходимым тёмным лесом? - Но он выбрался. Чудом Флотцель вышел к этому озеру и нашёл здесь свой дом на долгие годы.
Дункан продолжал настороженно смотреть на незнакомца. Главное не молчать...
- И почему же за ним гнались те люди? - внезапно для самого себя спросил Дункан. Из под капюшона показались пара острых белых до блеска клыков.
- Потому что он слишком сильно любил свежую печень!
Ко всеобщему удивлению красная луна довольно быстро поменяла свой цвет, успокоив насторожившихся туристов, расположившихся недалеко от входа в Велвудский лес. Они слушали прекрасные звуки этого малоизвестного местечка. Издалека оно было и не таким и страшны. Уханье птиц, вой диких покемонов, шелест листвы. В эту ночь туристы слушали звуки Велвудского леса... Вот только криков Дункана они не слышали.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №85

Посвящается моему воображаемому другу.
31 октября. Праздник Хэллоуина, ночь страха и веселья. «Сладости или гадости» - так кричат дети, вбегая в дома незнакомых взрослых, зная, что для них уже подготовлены вкусные подарки. Но мало кто помнит, что 31 октября – не только ночь мистических сущностей, ведьм и вампиров. Это знаменательная и страшная дата. Давным-давно в эту самую ночь произошла решающая битва между покемонами нашего мира и мира Потустороннего…
Немало покемонов пало в той непонятной, но, без сомнения, ужасной битве, и в память о них был установлен величественный монумент на вершине близлежащей горы. Монумент представляет собой огромный обелиск, у подножия которого выгравированы имена всех покемонов, павших в бою. На протяжении всего года сюда приходят паломники со всего света, чтобы отдать дань уважения и возложить памятные цветы к сему обелиску. Но в эту ночь, ночь Хэллоуина, здесь никого нет. Дети радуются возможности получить бесплатные конфеты, а взрослые улыбаются, глядя на разнообразные пёстрые костюмы детей и слыша их возбуждённые голоса, которые изо всех сил стараются звучать мистически. Люди уже и не помнят, что именно в эту ночь произошло великое сражение…
Но не Иннот. Этот мужчина, на вид которому не дашь и сорока лет, каждый год совершает паломничество на гору именно в эту ночь. Что связывает его с ней и почему он ходит только 31 октября? Никто не знает. И на это давным-давно уже никто не обращает внимания.
В этом году он начинает путь от своего дома по заснеженным улицам города N ещё днём, не обращая внимания на бегающую ребятню. Он погружен в свои мысли и лицо его задумчиво-непроницаемо. Вот городская дорога заканчивается и он выходит к железнодорожной станции. Мимо медленно, как будто в трясине, проходят поезда. Падает снег крупными хлопьями. Потихоньку смеркается, но дорога ещё видна. Вот приблизился конец станции, а впереди только одна дорога, постепенно переходящая в большие каменные ступени. Всего их около пяти тысяч.
Для Иннота стал привычным этот путь. Он больше не останавливается каждые полчаса, чтобы снять свой рюкзак, сесть и передохнуть. Более того, он давно для себя решил, что восхождение к знаменитому памятнику – это своего рода испытание, которое стоит проходить с честью и не прибегая к излишним удобствам. Может быть именно потому он идёт туда облачённый лишь в футболку, лёгкое пальто, легкие осенние спортивки и тёплые ботинки.
Ничего не изменилось и в этот раз. Внизу, у подножия горы ветра почти не было, и мужчина бодрым шагом ступил на первую ступень. Его сердце бешено заколотилось, как и всегда, когда он начинал подниматься. Он глубоко вздохнул, унимая дрожь по всему телу и начал подъём. Чем выше он взбирался, тем становился спокойней, ибо ближе к вершине всегда начинал дуть сильный ветер прямо в лицо, и не было времени и сил думать о предстоящем конце похода. В этот раз восхождение заняло чуть больше времени, чем обычно. Солнце в этом году по известным одному только ему причинам стало опускаться за горизонт раньше обычного, и уже к середине пути мрак сгустился настолько, что практически ничего не было видно. Инноту пришлось выпустить из покебола своего чармандера, который с почтенным «чар-чаар» бодро зашагал впереди, освещая путь своим блистательным огнём на кончике хвоста. Спустя 2 часа Иннот и чармандер были на вершине. Когда-то давно Иннот мог с благоговением рассматривать обелиск хоть час, хоть 2, но теперь он лишь с грустной улыбкой кивнул ему, коротко склонил голову в поклоне.. И, подойдя чуть ближе, сел в позу лотоса. Поблагодарив чармандера, он отозвал его обратно. На замену покемону огненному в полной темноте пришёл покемон психический – Алаказам. Пару секунд человек и покемон смотрели друг на друга, затем последний молча кивнул и сел рядом, широко расставив лапы с зажатыми в них ложками в разные стороны. Это был особый ритуал, позволяющий человеку и покемону погрузиться в транс и соединиться с миром духов. Иннот любил разговаривать с призраками погибших покемонов.
Холод пробирал до костей, но странная пара не изменила своего положения даже спустя полчаса. Однако, сегодняшний контакт с миром духов долгое время не мог установиться, что начинало действовать на нервы Инноту. По прошествии получаса стала нарастать неясная тревога, исходящая будто из ниоткуда. Иннот, чуть содрогаясь, искоса поглядел на покемона, однако алаказам продолжал медитировать. Ещё немного поёрзав, Иннот постарался успокоить свои нервы и вновь погрузился в медитацию. Так прошло ещё 5 минут. Вдруг резко нахлынувший липкий ужас противным своим естеством заполонил внутренности человека. Инноту вдруг захотелось сильно зарыдать, не сдерживая воплей, рвущихся наружу. Хотелось кататься по заснеженному склону и звать маму. Титаническим усилием воли он открыл глаза и содрогнулся. Он смотрел перед собой, но ничего не видел. Уголками глаз он посмотрел сначала направо, затем налево, но везде его окружала темнота. Алаказама уже не было видно, но зато позади было слышно легкое потрескивание, как если бы горел костёр и трескались сучья.
Иннот медленно поднялся с земли и повернулся. Примерно в 3 метрах от него зияла бездонная дыра прямо в земле, окаймлённая зеленоватым светом. В диаметре она была не более полутора-двух метров. Иннот стоял по-прежнему борясь с желанием громко разреветься. А из дыры показались руки….
На землю рядом с остолбеневшим мужчиной выполз Иннот. А за ним ещё один. И за тем ещё, и ещё. Вскоре, вокруг Иннота образовалась толпа таких же, как он. Свечение «портала» стало ярче и было отчётливо видно, что на лицах у тех «Иннотов» усмешки. Гадкие, неестественные улыбки, больше всего смахивающие на оскал. Несколько из них раскрыли рот, как если бы хотели захохотать во весь голос, но из них не послышалось ни звука. Ещё пара человек вдруг начали кривляться, строя рожи и тыча пальцем друг в друга. Неожиданно толпа пришла в движение и в мгновение ока мужчина сорока лет, паломник из города N, оказался в хаосе из себе подобных людей. Они танцевали, молча, без музыки, без слов. Танцевали во мраке, освещаемые лишь тускло светящимся порталом. Часть из них заливалась беззвучным смехом, часть – были угрюмы и смотрели только перед собой, продолжая неестественно выплясывать. Пару-тройку раз Иннот хотел было позвать своего покемона, но не смог выдавить из себя ни слова. Страх расползся по телу и полностью занял его, как будто других чувств более и не было. Иннот тоже принялся танцевать. Нет, он делал это не сам, его направляли, им управляли, его заставляли. Он отчаянно хотел прекратить, но лишь сильнее распалялся. То там, то тут взрывались клочья снега, когда кто-нибудь в порыве танца ударял со всей силы по нему ногой. И вдруг всё прекратилось. Толпа Иннотов смотрела на одного. Пустыми, абсолютно безжизненными глазами. Они стояли так долго, очень долго. Пронизывающий ветер стих, но холод никуда не ушёл . Он продувал до костей, высасывал все жизненные соки, не давал пошевельнуться. Иннот ощущал, как плавится его сознание под взглядами окружающих его существ. Он сходил с ума, перед ним стояла толпа его мёртвых копий! Копий, которые…. Стали растекаться. Плавиться. Обращаться.
Несколько мгновений, и перед Иннотом стояли, а точнее лежали, маленькие розовые дитто. Без всяких чувств и эмоций мужчина смотрел на них, а они – на него. Их розовые тельца не были материальны, они просвечивали, как зимний лёд на речке. На плечо Иннота легла рука. Он без интереса и страха повернул голову и встретился взглядом с горящими глазами с покемоном Хупой. Лицо Хупы исказила ужасная гримаса и в это же мгновение толпа дитто превратилась в толпу таких же ужасных Хуп. Они резко подлетели к Инноту, схватили его и потащили к «червоточине». Грубым рывком они столкнули его в бездонную пропасть и рванули следом. Спустя мгновение всё кончилось. Обелиск, посвященной великой битве, остался стоять немым свидетелем произошедшего.
Спустя три дня встревоженная жена Иннота соберёт своих друзей в спасательную экспедицию к монументу. Но, прибыв на место, они не обнаружат ничего, кроме покебола. Покебола, в котором никого нет.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №86

Название : "Не бойся, я друг"
-Ты уверенна?..Я боюсь...-ныла Лопанни.
-Не ссцы, всё щикарно будет.- уверяла её Умбреон .
-*хныкает*Ладно...-Неуверенно сказала зайка и попрыгала за подругой.
Покемоны зашли в заброшенный особняк и медленно передвигаясь, разглядывали поместье. Как вдруг...
К-к-к-р-р-р-р...-С жутким скрипом захлопнулась дверь
-А-А-А!!!-Заорала Лопанни со страху .
-Цыц.-Дала ей пендель Шайни .
-Успокойся, может просто призраки шалят-Невозмутимым голосом сказала Умбреон, хотя на самом деле было страшновато.
-Мама говорила, что призраки злые и могут убить!Я боюсь!И ещё, что если нас люди поймают!?-Заверещала покемошка ,подпрыгивая и жестикулируя лапками.
-Да не кто же не напал, если что защитимся и убежим-Успокаивала подругу желтоглазая.
-Но...-хотела начать оспаривать зайка.
-Ни каких "но"!-как отрезала Умбреон.
-Есть, мой генерал!-Развеселившись крикнула Лопанни, отдав честь .
Они вместе заглядывали во все комнаты.Помещения были полуразрушенными и вызывали чувство страха ;пол скрипел так, будто в любую секунду провалиться под незванными гостями;в некоторых залах висели роскошные старые и пыльные картины, и было вечное ощущение слежки.Хотя, на их удивление они видели лишь Зубатов,Голбатов и даже одного Кробата.Но призраков не было, будто специально спрятались.Подростки зашли в очередную комнату, обои отодранны,на стенах, на полу и даже на потолке следы от когтей.Кроме того, на потолке было множество спящих Зубатов.Под лапами покемонов валялось множество барахла: стол и стулья сломаны - цел лишь готического стиля ,шкаф стоящий у стены.
-Ну,всё это была последняя ,уходим скорей-Радостно и даже с надеждой заверещаяла Лопанни.
-Погоди..Умбреон навострила ушки. Скрип ,исходящий от шкафа, заставил обоих не вольно пискнуть, на свой страх и риск ,они медленно подходили всё ближе..и ближе..пока не стояли в пяти шагах от старинной вещи .
-Открывай сама!Я боюсь..Хотяяя может просто уйдем?Выдвинула идею зайка.
-Нет.-Отрезала идею подруги шайни.
Голубоватый свет исходящий от шерстки Умбреон и чуть освещавший тёмную комнату, не придавал той менее пугающий вид ,а наоборот, подчеркивал жуткие тени.
С каждой секундой тишина, нарушаемая лишь скрипами и уханьем Ноктаулов за окном, угнетала...
Неожиданно, дверцы шкафа распахиваются и от туда быстро выползает...Арбок?
-Бу-у-у-у!-Выкрикнула Арбок пошире раскрыв зубастный ротик.
-А-А-А-А-А!-В один голос заорали бедняги, как только чудо -юдо вывалилось из шкафа.
-Я убью тебя!-Угрожала Умбреон.
-Аахахаха!-Заливалась смехом змея.
*Громкий писк*и с потолка слетает та самая стая Зубатов, так и намеревающихся покусать нарушителей их спокойствия .
-Что ты наделала?-Крикнула Шайни, заскакивая в шкаф вместе с подругами, пока их не "съели" .
-Не ори..-Огрызнулась Арбок .
Они сидели тихо ,почти не двигаясь на протяжении уже десяти минут.Каждый скрип пугал покемонов и они уже очень жалели, что пришли сюда. Шайни чуть поёрзала, разминая затёкшие конечности, как вдруг, что-то склизкое прошлось по её спине .Она мгновенно оцепенела не в силах двинуться с места
-"Чёрт..Черт..Что?Что это было..?Так ,спокойно не двигайся ,не кричи, спокойно...Спокойно...Стоп, ведь это же атака Хонтера "облизывание" значит призраки тут всё же есть..Надо скорей убираться"
-Всё уходим!Идем конфеты собирать - первой выскочила из шкафа Умбреон, несясь к выходу .
-Угу-непонимающе согласились подруги .
-А что у тебя на спине?-Задала вопрос Лопанни.
-Что?-вскрикнула Шайни.
-Это всего лишь кусок бумаги, мало-ли где он мог прицепиться.Не заморачивайся-сказала змея.
Оставшийся вечер пролетел незаметно, но в конце - концом,они раздраконили дядю Урсаринга и с радостным смехом убегали от медведя...В лес...
-Че-е-ерт...-Протянула змея, откидывая хвостом камешек-Не уж то мы потерялись?Я совсем не знаю этого места..-Начинала волноваться Арбок
-Я тоже не знаю это место...Но давайте искать выход и п...-Не успела договорить Лоппани, как её прервал громкий вой.
-Ау-у-у-у!!-Из -за кустоввыскочила стайка Майтен, которые тут же побежали на покемонов.
-БЕЖИМ!-Заорали они втроем, ломанувшись в чащу .
-Сколько мы еще сегодня бегать будем !Я домой хочу!-
В это же время назло подросткам грянул гром и полил дождь.Кто бежал, а кто полз, но всем было ужасно страшно.Перед компанией упала ветка, сломленная ударом молнии, которая разделила их на две группы Лоппани и Арбок неслись в сторону выхода из леса, а вот Умбреон наоборот забегала всё глубже.
-"Ну как?Ну как я умудрилась потеряться!?"-Чуть не плача размышляла шайни прижавшись к дереву.-Снова грянул гром ,пусть на секунду ,но появились ужасающие тени ,от чего Умбреон невольно закрыла глаза без желания снова их открывать...
Но не тут то было!Из за деревьев выбежали три огромные Майтены и ринулись к беззащитному покемону, а та не в силах что либо сделать, собрала оставшиеся силы и рванула к пещере, даже не подумав, что её выдает свечение узоров на мехе,притом, что отличное зрение хищников тоже не к стати.
-Не думай, что сможешь убежать...-Прошипел волк, подходя ближе...и ближе...
-Я...-Она сделала лишь шаг, но тут же потеряла сознание.
-Кхм..Так даже проще...-Он уже было хотел схватить зубами беднягу.
А-А-А-У-У-у-...-Разрезал ночь душераздирающий крик двух других Майтен .
-Что?!-Вскрикнул волк, подбегая к своим товарищам, что уже лежали без сознания.
-Кто..посмел...-Ужасающе прорычал тот -"Но скорость невероят.."он не успел завершить мысль, как получил мощный удар в затылок,но сознание не потерял, последнее что он услышал было...
-Возмездие...Мой..Друг..-прошипело существо с жутким хихиканьем .
-М-м-м..поднимаясь промычала Умбреон.
-Я..я жива!?-с радостью воскликнула шайни, но тут же задумалась , но её мысли прервали подруги,ввалившиеся в комнату (скорей это нора)
-И что это значит!Ты дура!Знаешь как мы волновались?!-Разкричалась Арбок
-И как ты выбралась?Тебя нашли у входа в лес без сознания...Тихо проговорила Лоппани
-Я..я не знаю..-Не в силах подбирать слова, заикаясь ,произнесла Умбреон
-Эх...Ладно нам сказали, что тебе нельзя сильно волноваться...если тебе плохо станет, то нам влетит-Добавила змея уходя вместе с зайкой
Пока...-Почти шепотом сказала шайни им в след.И тут же посмотрела в свое образное "окно" дырки между корнями-"А ведь уже вечер сколько я проспала?"
-Привет...-Послышался тихий, то-ли шипящий ,то-ли рычащий голос .
-А? Умбреон замерла, но тут же начала усердно прятаться под большой лист дерева.Как только с этим закончила, она осторожно выглянула и увидела призрака с устрашающей улыбкой, что висел в воздухе недалеко от "свертка с покемоном"
-Не бойся, я друг~

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №87

История одного лица


Погода не прекращала издеваться над обитателями небольшого городка в штате Арканзас. Коренные жители Уинтропа давно привыкли к внезапным грозовым торнадо или снежным бурям. Они были частью города так же, как и церковь посреди города, деревья на обочинах дороги, плетёные заборы и коричневые крыши из шифера. Аден не был частью города. Он приехал извне, где люди мельтешили перед глазами в ярких одеждах, катались на дорогих автомобилях и засыпали с первыми лучами солнца. В Уинтропе в это время все просыпались.

Деревянные ставни трещали под напором сильного ветра. Ещё немного, и они бы сломались, обнажив неприметные окна серого цвета. Остальной дом находился не в лучшем состоянии — прежние жильцы не особо следили за ним, но хотели создать видимость уюта. Нитяные шторы выглядели комично в том образе, что создавался ветхим домом. Они были огненными и «свежими», а всё остальное носило отпечаток старости. Поэтому Ральф, отец Адена, плюнул на пол при виде этого, потребовав выкинуть их в то же мгновение. И все были согласны с этим мнением.

Сгорбившись, Аден сидел в бабушкином кресле. То ли печать задумчивости, то ли оттенок грусти отражался на его широком лице. Отмечать День всех святых в городе явно не собирались. Первое время парень старался намекнуть молодёжи, которой было не так уж и много, что нужно устроить вечеринку. Благо, места для этого хватало — и озёра, и лесные перелески, и большие дома с небольшим количеством жителей, где могли бы разместиться все желающие. Но желающих не находилось. Будто бы старые и занудные клячи, девушки приглушённо фыркали и убегали прочь, а молодые парни отвечали в душе старых фермеров: «Нам важен уровень жизни, сейчас самое время для работы, а не развлечений».

«Самое время» у них было всегда. И летом, когда палящее солнце заставляло надевать большие шляпы, чтобы не получить солнечный удар. И осенью, когда всё замирало, чтобы пережить приходящие трудные времена холодов. И зимой, когда ветра разносили снежные сугробы за пару минут. И весной, когда сладко пробуждались земли в надежде увидеть новое чудо рождения. Это повторялось из года в год, но Аден не мог знать об этом, потому что приехал со своей родины — города Ролла в штате Миссури — всего лишь несколько дней назад. Но картины о людях рисовались в его голове очень ярко, не давая повода для сомнений, что так было на самом деле.

Может, Аден больше не являлся маленьким мальчиком, но чего-то нереального в жизни катастрофически не хватало. С приближением праздника желание окунуться в воображаемый мир только усиливалось. Просить родителей развлечь его парень не смел. Мать заводила дружеские отношения с соседями, а точнее с соседками. Они устраивали вечерние посиделки, потому что днём придерживались традиционного девиза «работа и только работа». Отец допоздна сидел в своём новом гараже, и «новым» он был настолько же, насколько им являлся «новый» дом. Очень забавно, когда такие обороты в речи встречаются друг с другом — новый старый дом, дорогой дешёвый кулон (дорогой, как память, естественно), красивый урод. Последнее касалось самого Адена, и он это прекрасно осознавал.

В своей юности парень не раз сталкивался с тем, что люди хвалили его спортивную фигуру, в меру накаченные руки, даже плечевые суставы (правда, так говорил только его врач), но лицо оставалось безобразным, поэтому жилось не очень легко. Аден не был забитым или запуганным от издевательств — к нему относились вполне хорошо, если бы не одно «но» — девушки. С этим возникали проблемы. А какой парень не хочет встретить ту, которая сможет подарить ему искреннюю любовь. Только в День всех святых Аден чувствовал себя в своей тарелке среди подобных ему «уродов», ненастоящих, но всё же уродов. Когда все надевали маски (и костюмы тоже, но на этом внимание парень не акцентировал), то сам Аден оставался со своим лицом. В темноте оно могло неплохо напугать, особенно, если ожидаешь чего-то страшного.

После приезда все зеркала были выброшены. Разве что Ирена, мать Адена, имела при себе небольшое зеркальце, которое носила в косметичке. Она так и не научилась обходиться без него в отличие от своего мужа, который с лёгкостью брился вслепую. Чего только не придумают «правильные» родители ради спокойствия чада.

Аден зевнул. Не от физической усталости — от моральной, которую сложнее всего побороть. В мыслях роились маленькие червячки, которые множились при попытке задавить их. Было бы неплохо приготовить сейчас что-нибудь, раз уж отвлечься не получалось. Вслушивание в завывание ветра только больше нагнало тоску. Спрыгнув с кресла, парень чуть не упал. Ноги затекли от продолжительного обездвиженного состояния и подкосились при резкой перемене положения. Набив ссадину на колене, Аден даже не попытался её обработать. Он всегда был флегматичен по отношению к себе. И когда сломал руку. И когда вывихнул ногу. Все вокруг бегали и хлопотали, а парень — тогда ещё мальчик — молча наблюдал. Так же молча и сейчас он спустился на кухню, будто был немым.

Кухня ещё пустовала, хотя Ирена начала обживаться — кактусы и фикусы стояли на широких подоконниках, пусть даже с немного потрескавшейся побелкой. На старой квартире у семейства были ещё и мимозы. К большому огорчению единственной женщины в доме их пришлось выкинуть, когда у мужа внезапно началась аллергия на пыльцу. Но сокрушалась Ирена недолго — здоровье домочадцев она ставила на первое место. И это «первое место» привело к переезду, потому что аллергия у Ральфа проявилась не только на пыльцу.

Первой, что привлекла внимание вошедшего, не считая цветов, была гора немытой посуды. Вздохнув от неизбежного нудного занятия, парень подошёл к раковине и наклонился. Почему-то в той была вода. А затычки не было…

Когда Аден случайно взглянул на себя в зеркало в лечебнице, то его чуть не стошнило завтраком на врача. Хотя всё было не так плохо. С тех пор прошёл почти год — на последующих приёмах все (и врачи, и родители, и сам парень) соблюдали осторожность, чтобы подобных казусов не случилось. Как говорили, это влияло на психику. И так уже шаткую психику.

В отражении водной поверхности Аден видел свисающую шкуру. Именно шкуру, а не кожу, потому что на кожу обычного человека она не была похожа. Фурункулы на щеках потрескались, выпуская наружу вязкую жижу неприятного оттенка. Пересадку делать не представлялось возможным. Такой вердикт был вынесен после продолжительного обследования. Химиотерапия должных результатов не приносила, но её делать не прекращали. Надежда… нет, её не было. Это всего лишь «правильное поведение». Жить в бездействии — добровольно умирать. Так считали врачи, такими словами они убедили родителей. Аден понимал, что это обычное выманивание денег, но молчал. В детстве он считал иначе, с радостью приходя в больницу. Ему казалось святым это место – белым и чистым раем, как в сказках. Радость сменялась настороженностью, которая в свою очередь превращалась в озлобленность на неудачи, а та заменялась безразличием. Но и безразличие не вечно. Страх — вот что ждало Адена. Самый разный страх. Из-за того, что он навсегда останется таким; из-за того, что не сможет обеспечить даже себя, не говоря уже о семье, конечно, не той, которую он заведёт (ха!) — кто на него вообще посмотрит? — той, где он, мать и отец.

Вода мутнела и бурлила. Скрежет возник минуту назад, когда парень погрузился в воспоминания, и теперь тихо повторялся: «Скр… скр… скре…» Не понимая, что делать, Аден стоял на месте. Обычный ступор. Хотелось сделать шаг, убежать, но боясь задействовать какой-то необратимый ужасный механизм, парень, не отрываясь, смотрел на происходящее с водой. Он старался не шелохнуться, не выдать своё месторасположение. А если этого от него и ожидают?

То, что издавало напрягающие слух звуки, резко показалось во всей красе. Скелетообразное существо вело себя… да никак оно себя не вело! Замерло, как и Аден, будто бы копировало. Может, это было видение? У людей же существует второе «я». Парень допускал, что это нечто и отображает его. Оно было такое же лысое и уродливое. «Если существо умеет читать мысли, то точно обидится», — он просто подумал о чём-то, потому что как раз пришло время для того, чтобы подумать. Любой бы обиделся, разве что сам Аден привык.

— Скррре-ельп, — единственное произнесённое слово за последние часы. Но если это и было словом, то нечеловеческим. Последнее почти рассмешило парня — из его уст вырвался одинокий истеричный смешок. Тот, кто говорил, и не был человеком, так что всё довольно логично. Логично, кроме одного пунктика — что за чертовщина вообще происходит?

— Скрельп, скрельп, скрельп, скрельп, — продолжал незнакомец.

Сошёл Аден с ума или нет, но ему показалось, что он всё понимает. «Ты задумывался когда-то о перемене лица? Действительно думал? Скрывал, что думаешь?» Естественно, ничего из этого существо не говорило. Оно боялось и звало на помощь. А в лысой голове человека уже рисовались картинные небылицы. «Хочешь измениться? Я твой единственный способ!» Трясущейся рукой, Аден дёрнул полотенце, висевшее на стене, попытавшись схватить нечто. А нечто содрогнулось и выпустило изо рта струю. Лицо парня запылало. Он попытался стряхнуть огонь, но огня не было. Жгло откуда-то изнутри. Аден царапал, царапал, царапал, царапал…

Проснулся парень от чувства голода. Он вспомнил сон и усмехнулся. Как раз странный сон и нагнал аппетит, ведь в нём он не успел приготовить себе еду. Оставив кровать не застеленной, Аден пошёл на кухню. Та же гора посуды, что и во сне. Нет, он не испугался её, но решил сделать всё не так. Похожий сюжет ведь бывает только в фильмах ужаса, не так ли? Поэтому, надев пальто, взяв кошелёк и ключи, Аден вышел на улицу, чтобы перекусить в кафе. Стоя на крыльце, он поддался нахлынувшему чувству и подставил лицо ветру. Тот насвистывал приятную мелодию, проскальзывая между оголённых костей без единого клочка мяса или кожи. Парень со скелетообразным лицом спускался по ступеням, напевая скрежетом челюсти детскую песенку: «Я кричал, я был без сил... Сторож клетку вмиг открыл…» Перемены Аден не замечал. Он всегда старался не обращать на себя сильно много внимания, чтобы не страдать. И теперь не страдал, а наслаждался жизнью, сам не понимая, почему стало так свободно и легко.

________________________________________________________________________________________________________________
Скрельп появился в водоёме вскоре после исчезновения. Теперь он несся на всех парах от водоворота, затащившего его в неведомое место, готовясь рассказать друзьям и сородичам про страшное чудовище из глубин, ухмыляющееся и тянущее руки к заблудшим покемонам. Только спасительный яд не дал Скрельпу погибнуть. Он дал достойный отпор. Теперь он знаменит. Будет знаменит, если кто-то поверит. А не поверить тем, кто с испугом в глазах сбивчиво рассказывает, но припоминая незначительные подробности, нельзя.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №88
В минуту смерти эгоизм претерпевает полное крушение. Отсюда страх смерти.
Артур Шопенгауэр
Подходили к концу первый месяц нашего плавания к островам Южного Архипелага и неделя с того момента, как мы сбились с курса и оказались в неизвестных нам водах.
Около полутора месяцев назад я в поисках очередной подработки лениво бродил по набережной местного портового городишки, небрежно разглядывая попадавшиеся мне на глаза объявления. Солнце уже клонилось к закату, но воздух стоял все такой же душный, как и днем, - изрядно раскалившаяся под лучами южного солнца брусчатка набережной наконец-то отдавала тепло обратно в воздух, делая его еще более невыносимым, чем в полдень. Меня окончательно разморило, и, дойдя до таверны, стоявшей на углу набережной, я завернул в нее, дабы промочить горло и немного перевести дух. Именно там я услышал разговор двух изрядно состарившихся и подвыпивших рыбаков. Из разговора я узнал, что через две недели с причала отходит бригантина в сторону Южного Архипелага, а теперь довольно известный среди местных старожил капитан набирает команду для экспедиции. Мне показалось все это весьма интересным, и, недолго думая, я разыскал помощника капитана. После пары простых вопросов он, на удивление быстро, записал меня, но намекнул, что через две недели по полудню бригантина выйдет в море со мной или без меня.
В назначенное время я стоял на причале среди прочих матросов, так или иначе набранных в команду. Как я успел заметить, я был самый младший из всей команды - мне тогда только исполнилось семнадцать. Капитан, стоявший напротив нас, поприветствовал нас и ввел в курс дела. По левую руку от капитана стояли боцман и помощник капитана. Уже на корабле мы познакомились с коком, врачом и покемоноведом с какого-то научного института, а также прочими людьми, чьи обязанности на корабле я смутно себе представлял. Как только все приготовления были закончены, мы снялись с якоря, подняли паруса и вышли из бухты.
Так началась наша экспедиция. Погода стояла приятная: днем свежий морской бриз нежил нас приятной прохладой, и мы, уставшие от своих ежедневных обязанностей, любили после обеда собираться на корме корабля. Капитан с начальствующим составом, включая кока, отдыхали в кают-компании и также о чем-то оживленно беседовали. Мы ни на йоту не сомневались в нашем успехе, а потому зачастую наперебой делились фантазиями по поводу тех открытий, что ожидают нас при первой встрече с Южным Архипелагом. Так мирно и размеренно прошли первые три недели с того момента, как мы покинули родной нам всем портовый город.
К концу третьей недели погода резко испортилась: небо постепенно затягивали тучи, моросящий дождик плавно перешел в ливень, а ветер с каждой минутой все усиливался. Матерые матросы пеняли на муссоны, характерные для этих широт. Вечером было непривычно холодно, и мы больше не спешили занять места на палубе, дабы полюбоваться всеми прелестями ночного южного неба. Поэтому, закончив дела, мы лениво поплелись в кубрик, надеясь, что к утру погода прояснится. Но к утру стало только хуже, а уже к вечеру того же дня в море разыгралась настоящая трагедия: ветер из легкого бриза перерос в полноценный шторм, океан вспенился, задымился, валуны вздымались, ударяя в борт и изрядно накреняя казавшуюся нам ранее неприступной крепостью бригантину. Ливень перестал быть ливнем - то был водопад, который небо низвергало тоннами на наши проклятые головы. Нас швыряло из стороны в сторону как какую-нибудь рыбацкую шлюпку, попавшую в водоворот. Несмотря на то, что паруса на фок- и грот-мачтах были спущены еще задолго до бури, нас продолжало сносить куда-то в сторону, и, как я мог заметить, уже к полуночи мы, должно быть, здорово отклонились от курса. Всю ночь команда из сорока с лишним человек противостояла природе, которая, будь она одушевленным существом, при желании сдула бы нас с нашей жалкой бригантиной как карточный домик. Но мы выстояли, а к утру все так же резко стихло, как и началось накануне. Хотя мы и были вымотаны и валились с ног, от усталости не осталось и следа, когда мы поняли, что никто из команды не может точно сказать, где мы находимся.
Подходили к концу первый месяц нашего плавания к островам Южного Архипелага и неделя с того момента, как мы сбились с курса и оказались в неизвестных нам водах. К тому времени я уже свалился с простудой, поэтому капитан выделил мне отдельную каюту и освободил меня от части работы. Что касается погоды, то штиль был очень некстати. Лишь изредка паруса улавливали легкие, но довольно резкие, порывы ветра, походящего больше на предсмертную агонию чумного больного. По расчетам капитана мы уже должны были достичь берегов Южного Архипелага, где надеялись пополнить запасы провизии и пресной воды. Капитан стал молчалив и замкнут, изредка переговаривался о чем-то с боцманом, затем возвращался в свою каюту и часами сидел, склонившись над навигационной и звездными картами, вымеряя что-то циркулем и секстантом и делая какие-то пометки в тетради. Между матросами все чаще стали вспыхивать конфликты, а на палубе зачастую слышалась отборная брань то ли в сторону капитана, то ли в сторону дьявола морского. Я решил для себя держаться от всего этого подальше, а потому в последние два дня ни с кем не разговаривал.
Еще один день начался, ничем не отличаясь от предыдущих. Невыспавшийся, я шатающейся походкой вышел на палубу. Никто не спал, хотя было довольно раннее утро. То же небо. Тот же океан, простирающийся на десятки миль вокруг и только где-то там, на горизонте, сливающийся с небом в единую колыбель. Единственное, чего я не обнаружил на палубе, - звуков. Вся живность, бывшая нашим верным попутчиком на протяжении всего пути, будто вымерла. Хотя этот факт никого, кроме меня, не беспокоил. Действительно, кого будет беспокоить отсутствие покемонов, когда через неделю-полторы и от нас вряд ли останутся какие-то звуки.
Вечером я лежал в своей каюте и никак не мог уснуть. Ближе к полуночи я, оставив все попытки заснуть, решил прогуляться по палубе. На ощупь пробравшись к двери в темноте, я открыл дверь и в лицо мне пахнуло прохладой. Эта ночь была особенно холодной, поэтому, обойдя корабль вдоль борта, я поспешил вернуться к себе в каюту. По пути в каюту я заметил на юте мирно дремавшего съежившегося боцмана, с головой укутавшегося в телогрейку. Я не стал его будить, юркнул к себе в каюту и в один прыжок оказался в кровати. Пролежав в кровати еще около часа, я провалился в сон.
Прошло около часа, как мой сон оборвался. Резким ударом меня вышвырнуло из кровати с такой силой, что я ударился о противоположную стенку и сполз по ней на пол. В ушах звенело, а во всем теле чувствовалась тупая боль. "Рифы", - подумал я, придя в себя, но тут же поймал себя на мысли, что рифам посередине океана просто неоткуда взяться. Поднявшись, я отряхнулся и, опираясь о стену, вышел из каюты. Все уже проснулись: капитан с мостика отдавал приказы и тут же что-то обсуждал с боцманом, который то и дело сверялся с картой; матросы носились по палубе и трюму, осматривая корабль на возможную течь; кое-кто из матросов полез по вантам вверх, чтобы осмотреть горизонт и корабль с высоты; врач тем временем перевязывал окровавленную голову кока. По-прежнему было прохладно, но то был не тот холод, от которого сводит мышцы и костенеют пальцы, а сырой, могильный холод, который присущ затхлым подвалам или склепам; ко всему этому примешивался спертый, отдающий плесенью ветер, доносившийся откуда-то из-за борта. Один из щуплых матросов бегал от борта к борту, переваливаясь почти всем телом за борт и освещая взволнованную гладь воды керосиновой лампой, как очередной удар застал нас врасплох и опрокинул всех на палубу. Матрос с визгом скрылся за бортом. Мы тотчас ринулись к тому месту. Действительно, матрос, вынырнув, отчаянно звал на помощь и барахтался, стараясь удержаться на плаву. Боцман тут же выкинул непонятно откуда взявшуюся у него веревку и, не без помощи остальных матросов, вытянул бедолагу на палубу. Не успели мы отойти от потрясения, как раздался свист. Матрос, чудом не свалившийся с мачты во время удара, сообщил, что заметил движение у поверхности воды за кормой и по оба борта. Мы невольно переглянулись. Осторожной поступью мы приблизились к борту. Тотчас мы отпрянули - вода вспенилась, взорвалась фонтаном, и поднимая за собой столб воды, на борту очутились неизвестные мне существа. Глядя в остекленевшие от страха лица моряков, я мог предположить, что они также впервые сталкивались с подобными тварями. Внешне они походили на медуз голубоватого или розового цветов, ростом метра-полтора, с полупрозрачной головой, в глубине которой зияли два пустых неодушевленных глаза. И хотя они обладали подобием тела, назвать его таковым я бы не решился. Полупрозрачная аморфная субстанция, некое подобие щупалец, две из которых были полноценными плавниками. Венчало все это ужасающее, но в тоже время грациозное существо, нечто короны на голове. Мы оцепенели и не решали пошевелиться от обуревающего нас страха, и чем дольше продолжалось это безмолвное представление, тем сильнее я чувствовал, как ужас захватывает мое тело. Внезапно одна из этих тварей бросилась на матроса и, несмотря на его массивное телосложение, повалила его с ног, обвилась вокруг лица и шеи и все сильнее стягивала его тело в своих объятьях. Катаясь и извиваясь, пытаясь высвободиться из цепких объятий, здоровяк издавал лишь хрипы и стоны, пока из его груди не вырвался нечеловеческий крик. Тут же здоровяк перестал сопротивляться, обмяк, но, когда тварь отпустила его, по его глазам я понял, что он еще жив - это были глаза живого человека, молящего о скорейшей смерти. Он был будто парализован. Резким рывком тварь оттолкнулась от палубы, перемахнула через борт и скрылась в воде, увлекая за собой еще живое тело здоровяка. Я опомнился. На палубе творилось нечто. От некогда сплоченной команды не осталось и следа. Отдельные кучки матросов пытались противостоять тварям, но с каждой секундой их становилось все больше. Погода между тем снова испортилась. Почему-то именно в тот момент моя каюта показалась мне самым безопасным местом на этом корабле, в этом океане, да что там говорить - во всем мире. Я стремглав бросился к каюте, но не пробежал и пары метров, как меня сбил с ног матрос, которого оплетали щупальцы сразу двух существ. Не в силах подняться, зажмурив глаза и опустив голову, я пополз в направлении каюты, чувствуя, как мои руки то и дело натыкаются на бездыханные и будто высохшие изнутри тела с остекленевшими глазами. Я полз, пока моя голова не уперлась во что-то холодное и влажное. Сделав усилие над собой, я поднял голову. Одна из этих тварей буравила меня своими бессмысленными, тусклыми глазами в пустой голове. Меня тошнило от страха, я чувствовал, как ком подступал к моему горлу, как еще мгновение, и я потеряю сознание. Хлопок. Когда дым рассеялся, я увидел зияющую дыру в голове этой твари. Стрелял уже немолодой матрос. Он успел сделать еще пару выстрелов прежде, чем медузы повалили его на палубу и выбили ружье у него из рук. Они буквально разрывали на части тщедушное тело старика. Неизвестно, сколько бы я еще наблюдал за этим линчеванием, если бы тусклое свечение не отвлекло мое внимание. Там, где полминуты назад зияла огромная дыра от дроби, ничего не было - рана затянулась сама собой. Эта тварь будто бы регенерировалась. Что-то заставило меня рвануть со всех ног все по тому же маршруту - к моей каюте. Выстрел. Еще выстрел. Боцман приказал, раздать всем по оружию, и остатки команды отчаянно, но не без успеха, отбивались от медуз. Капитан, воспользовавшись замешательством среди тварей и штормовым ветром, приказал поднять оба паруса. Как только команда была выполнена, бригантину тотчас швырнуло вперед, и, вздымаясь на волнах, мы пошли полным ходом. Тревога нас еще не отпускала, но некоторые из нас почувствовали облегчение. Я остановился, чтобы успокоиться и отдышаться. Мне оставалось дойти до свой каюты пару шагов, как еще один резкий удар отшвырнул меня к началу моей траектории - я так сильно ударился о борт, что почувствовал невыносимую боль в руке. Кажется, я сломал руку. Удар был такой силой, что бригантина накренилась, едва не зачерпнув воды. Очевидно, корабль дал течь. Один из матросов находившихся в тот момент в грузовом трюме, сообщил, о пробоине в левом борту. Мы поняли, что корабль станет для нас общей могилой. Между тем твари вернулись, но теперь они занялись не столько нами, сколько кораблем. Под их эфемерными телами как спички ломались и трещали грот-мачта и топсель, а затем и фок-мачта, причем, падая, она унесла с собой жизни нескольких матросов. Деревянная палуба быстро превратилась в решето, поэтому каждый шаг мог стоить нам жизни. Выстрел. Бездыханное тело кока скрылось за бортом. Стрелял он, но выстрелил он себе в голову. У большинства из нас тотчас же промелькнула подобная мысль, но только один из матросов успел последовать его примеру. Крик боцмана заставил нас опомниться. Было приказано готовить уцелевшие вельботы к спуску на воду - боцман надеялся выиграть время, пока медузы будут заняты кораблем и ранеными моряками. Из всех имевшихся на корабле вельботов уцелело только трое. К тому моменту половина грузового трюма была заполнена водой, и из провизии почти ничего не удалось спасти.
Наконец, вельботы спустили на воду. Из сорока с лишним человек осталось около пятнадцати, которые уместились на двух вельботах. Я успел нырнуть в первый вельбот и занять место под банкой. Когда все заняли места в вельботах, боцман дал приказ отплывать. На вопрос о судьбе капитана он ничего не ответил. Матросы гребли, наваливаясь всем телом на весла, не жалея ни себя, ни других. Громкий треск крошащейся древесины разносился в безмолвном воздухе над океаном. Матросы перестали грести, уставившись туда, где был остов нашего корабля. Я приподнялся насколько мог и увидел, как несколько гигантских медуз, напоминавших тех, что мы уже видели, но с гораздо большей головой диаметром полтора-два метра, опутали корабль громадными щупальцами, и, дробя его на части, увлекали его на дно. Мы отдалялись от бригантины, хотя второй вельбот несколько отстал от нашего, а затем и вовсе встал - моряки на нем никак не могли скоординировать свои действия. Высокий фонтан воды взмыл в небо подобно гейзеру, чуть не опрокинув матросов с вельбота. Дюжины мелких тварей накинулись на них, раскачивая вельбот и унося тела бедных моряков одного за другим. Мы слышали их истошные крики и мольбы, смешивающиеся с ревом этих тварей; они звали нас на помощь, просили вернуться за ними. Но мы не только не вернулись, но и, ни на минуту не останавливаясь, гребли дальше, не осмеливаясь поднять голову в сторону погибающих матросов. Как только медузы разделались с вельботом, воцарилась гробовая тишина. Светало. Боль в руке стала невыносимой, и я отключился.
Очнулся я только ближе к вечеру следующего дня. Матросы по-прежнему гребли. Никто не разговаривал, никто даже не смел заговорить первым. Одному только богу известно, что творилось в головах у этих моряков. Запасов провизии нам хватило бы только на три-четыре дня. Из-за лихорадки, начавшейся у меня, я снова отключился.
Три дня продолжалось наше скитание по безбрежной пустыни океана, пока какая-то рыболовецкая шхуна не натолкнулась на нас. Они взяли нас на борт, боцман переговорил с капитаном их корабля. Спустя неделю мы оказались в порту, с которого все начиналось. На протяжении всего пути никто из команды так и не обмолвился словом. Сойдя на берег, мы разбрелись, ни с кем не попрощавшись. Больше я никого из тех моряков не видел и ничего о них не слышал. Через месяц я вычитал в местной газетенке, что моряка, по описанию походящего на нашего боцмана, нашли в своей хибаре повешенным.

Аватара пользователя
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Конкурсный бот
Сообщения: 1758
Зарегистрирован: 14 янв 2013, 19:55
Игровой ник: -
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 3934 раза

Re: Работы участников Конкурса 19.4«Истории на ночь»

Сообщение Конкурсный бот »

Работа №89

Тёмные времена города Сайрефа


Это история молодого покемоновода по имени Джо. Путешествуя по всему миру он изучал разновидности покемонав. В регионе селен он изучал ледяных покемонав вскоре встретил покемона вивайл после тяжёлого сражения Джо смог его поймать. Прошло не много времени и во всех новостях была написано что город Сайреф терроризирует банда покемонав призраков. Джо не очень любил покемонав призраков но желание стать покемоноводам дало ему силы отправиться в город и остановить призраков. И вот ему осталось сделать 2 шага и он на территории города. Всё было разрушено везде темно и холодно. Проходя через тёмные дома Джо постоянно казалось что за ним наблюдает и вдруг передним появился огромный хонтер. Испугавшись джо на секунду закрыл глаза и хонтер исчез . Подходя к старинному дому это города ему постоянно кто та шептал УХОДИ! Но это его не остановила и он продолжил свой путь. Наконец-то он дошёл до старого дома. Люди говорили что именно от туда появились все призраки ,а один мальчик сказал что раньше эти призраки были добрые и что все дети любили с ними играть но видимо что та их разозлила . Когда он подошёл к дому из дому вылетели все призраки и начали окружать Джо и среди них появилась огромный спиритомб. Смотря на этих покемонав Джо понял что они чего та боялись а именно этого спиритомба видимо это он их заставил уничтожать всё . Все эти маленькие покемоны призраки ничего не могли сделать против него поэтому им пришлось выполнять его требование. Что ж теперь Джо нашёл причину всей этой проблемы теперь осталось её только решить . Единственный способ всё остановить можно было только победив этого спиритомба . И так начался бой ,спиритомб был настолько самоуверенный что предпочёл сразиться 1 на 1 . Против спиритомба джо поставил вивайла это был их первый бой вместе но это был единственный покемон который мог победить спиритомба.
Удар за ударам оба покемона были истощены исход боя решала последняя атака

Вивайл ⇢ Метель

Спиритомб ⇢ шар тьмы

Случилась то чего не ожидал сам Джо вивайл проиграл.
Спиритомб окончательно решил уничтожить нас и атаковал тёмным пульсам но нас защитили гастли увидев как вивайл сражается за свободу всех гастли . Маленькие призраки собравшись с силами смогли прогнать спиритомба. И после этой победы все в этом городе жили счастливо а Джо очень полюбил покемонав призраков.

Закрыто

Вернуться в «Прошедшие конкурсы»